«ВЫ ПРЕДСТАВЛЯЕТЕ, КАКОВО СЕЙЧАС ЛЮДЯМ В ОБЛАСТНОМ ПРАВИТЕЛЬСТВЕ?» /

[23.03.10]

 Интервью с генеральным директором ОРСИ Андреем Пашковским

Московской области показали выход из долговой ямы. Компания ОРСИ, занимающаяся реструктуризацией долгов «РИГрупп», контролировавшейся супругой экс-министра финансов Московской области Алексея Кузнецова — Жанной Буллок, решила подарить региональному правительству активы. В ОРСИ предлагают расплатиться с банками-кредиторами, достроив детсады, стадионы, жилые дома, коммерческие объекты. Причем деньги на завершение строительства могут выделить те же банки-кредиторы. Глава ОРСИ Андрей Пашковский считает, что это едва ли не единственный выход для области, медленно погружающейся в банкротство, и для банков, иначе регион придется спасать всем миром. В чем заключаются предложения ОРСИ по выводу области из долгов и как компания реструктуризирует долги «РИГрупп», АНДРЕЙ ПАШКОВСКИЙ рассказал в интервью РБК daily. 

Дар для области 

— Есть ли конфликт между ОРСИ и областью по поводу передачи активов «Спецстроя‑2»? 

— Конфликта между нами и областью никакого нет. Понятно, что процесс этот сложный. Любые активы, связанные с «РИГрупп», очень сложно реструктурировать. Прежде всего потому, что здесь много кредиторов. Если быть справедливым, то, конечно, «Спецстрой-2» нужно бы банкротить, потому что у него есть и другие кредиторы, основным из которых является банк Credit Suisse, которому компания должна более 500 млн руб. Сейчас мы договорились с банком, чтобы он не предъявлял исполнительные листы. Иначе есть риск, что те объекты, которые числятся за «Спецстроем-2», а это стадионы, детсады, школы, — все это просто может уйти с молотка в частные руки, даже СИЗО в Люберцах. 

— Какое отношение к «Спецстрою-2» имеют компании КИТ и «Стройинвест», которые также должны кредиторам несколько десятков миллиардов? 

— Эти компании находятся на балансе «Спецстроя-2», но это не долги в том смысле, в котором вы их понимаете. Это просто недостроенные объекты, большинство которых в высокой стадии готовности. То есть это фактически активы, а не долги. Конечно, по ним у «Спецстроя-2» тоже есть долги: существуют подрядчики, с которыми до сих пор не рассчитались. Но мы договорились, что уберем все исполнительные листы, а задолженность будет погашаться либо заказами от области, либо деньгами, когда объекты будут сданы. Ответственность за это уже будет нести Московская область, по постановлению которой мы передали в дар около 60 объектов. Их балансовая стоимость составляет более 16 млрд руб. 

— Могут ли кредиторы оспорить эту дарственную? 

— Они не будут этого делать потому, что понимают: объекты «Спецстроя-2» являются социально важными для Московской области. С рядом банков, среди которых Сбербанк и Газпромбанк, есть договоренность, как может быть возвращен долг. Например, мы предлагали такую схему: запустить заново весь строительный комплекс Московской области, достроить брошенные социальные и коммерческие объекты. Это дало бы возможность рассчитаться по старым долгам и заработать на новых инвестициях. 

Банкротство не выполнимо 

— А откуда взять деньги, чтобы достроить? 

— Все просто. В регионе сейчас свыше 40 тыс. недостроенных объектов, и кредиторы, в принципе, понимают, что вернуть ранее сделанные займы область не в состоянии. Естественно, что банкротить Московскую область никто не позволит. Единственный выход — привлечь средства под залог земельных активов и достроить часть объектов, причем это могут быть деньги тех же банков-кредиторов. Мы выносили такое предложение в правительство Московской области, но пока никаких решений нет. 

— Как реагируют банки? 

— Они, я бы так сказал, пока находятся в ступоре. Во-первых, потому что никто пока конкретных схем выхода из этой ситуации не предлагал, а во-вторых, никто из чиновников не хочет брать на себя ответственность за реструктуризацию долгов. Область просто копит долги, видимо, ожидая какой-то реакции от федерального центра. А вдруг для региона появится такая же программа спасения, как для АвтоВАЗа? 

— Сколько необходимо привлечь средств для того, чтобы достроить брошенные объекты? 

— Мы пока не проводили оценок, но думаю, что порядка 20% от существующего долга еще придется довложить в строительство. Но это при условии, что деньги будут израсходованы целевым образом. Более того, если правильно реструктуризировать существующую долговую нагрузку, процент необходимых вложений может значительно уменьшиться. 

— Каков объем взаимных обязательств трех областных компаний — ИКМО, МОИТК и МОИА? 

— По нашим оценкам, на начало 2009 года объем взаимных обязательств составлял около 70 млрд руб. — это и кредиты, и поручительства… только то, что на поверхности. Точнее сказать не могу, потому что мы не столь активно занимались этим. Здесь необходимо пояснить, что деньги не привлекались непосредственно «РИГрупп», а проходили через МОИТК, которая, в свою очередь, выступала поручителем за две другие областные компании — ИКМО и МОИА. Они также поручались за долги МОИТК. Фактически была выстроена пирамида, в которой деньги для строительства просто бесследно исчезали. Когда мы разбирались с этой схемой, то выяснили, что около 9 млрд руб., которые должны были быть инвестированы в строительство, просто отсутствуют. Вместо стройплощадок мы видели голое поле. Конечно, всех «пропавших» денег мы еще не нашли. Но что вы хотите? Эта система выстраивалась восемь лет, и распутать все за год просто невозможно. Вы представляете, каково сейчас людям в областном правительстве? Ведь у них 180 млрд руб. долгов в таких вот схемах. 

— Но ведь область регулярно получает транши из федеральных источников. Почему бы просто не расплатиться с кредиторами? 

— Да, это так. Но у области сейчас серьезные проблемы с доходами: собираемость налогов с предприятий снизилась до 40%. Поэтому все деньги, которые сейчас приходят в регион, просто тратятся на социалку — зарплаты, пенсии. 

«Дочерние» долги 

— Пару лет назад компания ОРСИ заявляла, что будет заниматься реструктуризацией долгов МОИТК и МОИА. 

— Действительно, мы разработали программу по реструктуризации долгов, но она так и не была запущена. Возможно, это связано с кадровыми перестановками в правительстве области. Мы передавали план реструктуризации вице-губернатору Алексею Пантелееву, но он ушел со своего поста. Потом работали с зампредом Дмитрием Большаковым, который курировал финансовый блок. Затем вице-губернатором стал Константин Седов. В общем, в итоге вся работа просто приостановилась. 

— Расскажите, пожалуйста, о деталях этого плана по реструктуризации. 

— Он очень обширный. Например, мы подписали соглашение о реструктуризации долга в 19 млрд руб. между «РИГрупп» и МОИТК (общая задолженность всех структур «РИГрупп» на тот момент составляла порядка 29 млрд руб.). По этому соглашению мы успели передать Московской области офисный центр стоимостью 1 млрд руб. Затем из-за частой смены руководства в правительстве Московской области процесс комплексной передачи активов в рамках подписанного соглашения приостановился. Дальнейшая передача активов стала осуществляться поэтапно, и по каждому из активов мы разрабатываем отдельные соглашения об их передаче. С другими финансовыми институтами был также подписан ряд соглашений по реструктуризации задолженности. На данный момент мы не можем разглашать деталей этих соглашений, так как срок их конфиденциальности еще не истек. 

— Как вы оцениваете сейчас ситуацию в МОИА? Говорят, что на рынке существовали предложения выкупить долги с дисконтом 50—70%. 

— Правительство гасило часть выпусков по облигациям, где было прямое поручительство правительства Московской области, но ситуация там очень тяжелая. И выкупать долги с дисконтом вряд ли кто-то станет в сегодняшней ситуации. 

— Расскажите, а кому все же принадлежит «РИГрупп»? Жанна Булок утверждает, что является основным акционером компании. 

— Это не так. Во всей структуре «РИГрупп» было задействовано более 70 офшоров, где подписантами являлись молодые менеджеры. Ни г-на Носова, ни г-на Кузнецова, ни г-жи Буллок в этих структурах нет. Фактически эти офшоры просто номинальные держатели бумаг. Что касается «РИГрупп», 98% компании принадлежит самому же РИГу, 2% — офшору. На данный момент компания «РИГрупп» находится в процедуре банкротства. А если, как утверждает Жанна Буллок, она являлась основным акционером «РИГрупп», то почему бы ей не приехать в Россию и не рассчитаться с кредиторами? 

— А как же соинвесторы иностранцы, на которых ссылается Жанна Буллок, заявляя, что вкладывала средства американских инвестиционных фондов в проекты «РИГрупп»? 

— Это миф. За полтора года работы с активами «РИГрупп» мы не увидели ни одного цента американских или каких-либо других зарубежных инвестиций, вложенных иностранными банками или фондами. Более того, ни один зарубежный банк не предъявил прав требования по каким-бы то ни было кредитам. Г-жа Буллок тратила деньги этих инвесторов по своему усмотрению. Возможно, на собственные бизнес-проекты, возможно, на покупку дорогих отелей в Куршевеле, шикарных квартир в Европе и Америке, яхты, произведения современного искусства и другие очень дорогие «игрушки». А когда компания «РИГрупп» вышла из-под ее контроля, то ей просто стало выгодно кричать на Западе, что ОРСИ грабит американских инвесторов, отбирая у них активы в России. И вот еще что интересно: платила ли г-жа Буллок налоги в Америке с полученных сверхдоходов?

другие новости